Воскресенье, 15.09.2019, 19:42
Приветствую Вас, Гость Нашей Планеты

Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS
  • Страница 5 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Форум » ВАШИ ЛИЧНЫЕ СТРАНИЧКИ » Вы можете создавать свои личные странички именно здесь » НА ШПИЛЬКЕ,,, (Разные интересные истории,красивые стихи,цитаты ,,,,)
НА ШПИЛЬКЕ,,,
FIKUSДата: Четверг, 04.07.2019, 15:33 | Сообщение # 101
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
КОСМИЧЕСКИЙ ПРИШЕЛЕЦ,,, biggrin biggrin biggrin

- Вот, - произнёс барсук и бросил перед собой нечто ярко светящееся, - нашёл в лесу.

- Чего это? – настороженно поинтересовался собеседник.

- Иду, смотрю, лежит светится. – принялся рассказывать барсук. – думал, уголёк из костра догорает. Только чего – то не похоже. Вроде как угольки такими не бывают.

- А какими они бывают?

- Не знаю. – признался барсук и тут же добавил, - Другие они какие – то. Не такие. Вот как – то видел костёр, так он горел высоко и жарко. К нему подойти было не возможно – обжигало пламя. А этот… уголёк не обжигал.
Да и траву не поджёг. Вот и подумал, что он не из костра.
Собеседник приблизился на безопасное расстояние, вытянул шею с мордочкой и тёмным носом и пристально посмотрел на странный светящийся объект. Объект источал сине – прозрачный свет. Тонкие лучики создавали шар, угасавший по мере отдаления от источника. Но вокруг объекта свет оставался приятным и успокаивающим.

- А взять – то его можно? – поинтересовался собеседник.

- Чего ж нельзя – то? – удивился барсук. – Я же принёс его в лапах и ничего, не обжёгся.

Собеседник протянул лапу к объекту, но задержал её в нерешительности. Дотрагиваться до объекта было страшно. Собеседник поводил лапой по световому шару, словно пытался понять, насколько температура высока. Однако ничего не ощутил. Он приблизил лапу ближе и вновь застыл в нерешительности. Барсук, наблюдавший рядом за собеседником, усмехнулся.

- Чего бояться – то? – с укоризной спросил он.- Я же сказал, что не обжигает он.

- Да? – засомневался собеседник.

- Ну, вот, гляди!- воскликнул барсук в стремлении подтвердить свои слова. Он протянул лапу и… застыл. Собеседник удивлённо посмотрел на барсука.

- Ты чего? – спросил он и напомнил: – Он же не обжигается.

- Не обжигается. – подтвердил барсук. – Всё правильно. Вот я это и покажу сейчас!

Однако лапа почему – то не приближалась к светящемуся объекту. Что – то удерживало её. Лапа повисла в воздухе. Барсук попытался вернуть лапу в исходное положение, но не смог. Это обстоятельство удивило его.

- Странное дело. – только и смог сказать барсук. – И что это я, так и буду с протянутой лапой теперь жить?

- А чего? С протянутой лапой многие живут всю жизнь и ничего. – попытался поддержать его собеседник. – Чего в этом такое?

Барсук был настолько растерян, что не сразу понял, что ему сказали. Вид протянутой в никуда лапы его озадачивал больше, чем объяснение собеседника о возможности жить в таком виде до скончания дней. Барсук покрутил головой таким образом, чтобы можно было рассмотреть лапу со всех сторон по мере возможностей. Однако изгибаться оказалось очень неудобно. Со стороны могло показаться, что его прихватил радикулит в самый неподходящий момент.

- А ведь я предупреждал! – вдруг воскликнул собеседник. – Как говорится, в воду глядел! И ведь хотя бы раз ошибся! Ещё ни разу! У меня, наверное, дар предвидения! Как говорится, мудрость со всех щелей прёт! Вот и на этот раз получилась именно так, как я и думал! Вот что тут поделаешь? Что можно поделать в этом случае? Ничего ровным сётом. Именно – ничего. Я теперь должен исправлять ситуацию? А как? Я ведь предупреждал! У меня нет ответа на этот вопрос.

- Чего ты предупреждал? – услышал барсук.

- Как – чего? Как чего? – переспрашивал собеседник. Оставалось хлопать руками по бокам, но этого делать собеседник не торопился. – Сначала меня никто не слушает а потом вопрошают. Нет, я теперь ничего не скажу. Как говорится, я - пас. Умываю руки, то есть лапы. Никакой помощи от меня не будет. Никакой!

Барсук начинал понимать, что застывшая в неподвижном состоянии лапа является его личным делом, поэтому почти забыл о собеседнике и речи. Он вновь попытался вырвать лапу из неподвижности, но ничего не вышло и на этот раз. Лапа застыла, словно скованная. Барсук с шумом выдохнул, наверное, вспомнив, что давно не дышал. Шумный выдох вызвал новый приступ пророчества у собеседника. Ему захотелось напомнит о своём присутствии. Он раскрыл пасть, чтобы издать нечто напоминающее о нём, но не издал ни единого звука.

- Чего ж мне делать? – растерянно спросил барсук, в голосе которого начинало сквозить отчаяние.

- Ну, нужно потянуть на себя лапу. – посоветовал собеседник. – А вдруг получится! Ты не дёргай сильно, а медленно и плавно тяни на себя.

Барсук послушался этого совета и потянул лапу. Лапа не двигалась. Барсук вновь потянул, вновь ничего не получилось. В этот момент светящийся объект вздрогнул и оторвался от земли. Он поплыл вверх, набирая скорость. Через несколько мгновений он поднялся высоко. И когда он был уже на большом расстоянии, лапа барсука опустилась. Барсук раскрыл рот от удивления.

- А я говорил, не трогай звёзд лапами! Не стоит этого делать! Не наше это земное дело! – назидательно произнёс собеседник. А в небе загорелась звезда. Не новая. Нет. Это была старая звезда, которая упала на землю на время. Но время падения закончилось, и настал час возвращаться в небо, в тёмное небо. Барсук смотрел вверх, не понимая, как он мог принести звезду и не обжечься. Не понятно.

Ал.ичский

biggrin biggrin biggrin smile


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Пятница, 05.07.2019, 13:05 | Сообщение # 102
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
ДЫШИ!!!!!!!!!!!!!!

Дыши. Воздухом, жизнью, да хоть чем-нибудь! Просто дыши.

Я знаю. Поверь, знаю, как ты устал. Ты на грани. Ты уже ничего не хочешь. Ты просто вымотался. Выгорел. И пепел в душе привычно горчит во рту.

Ты устал. Отчаянно и безнадежно.

Я знаю, что ты пытался, всеми силами старался быть сильным. Ты заставлял себя идти вперед. Ты падал раз за разом, но продолжал вставать.

Я прошу тебя

Дыши

Вставай!

Я знаю, что больно. Я знаю.

Мышцы разорваны и силы воли уже не хватает.

Знаю.

Потому и прошу.

Ты сможешь.

Не сдавайся. Просто сожми зубы и вставай. Назло всем. Через боль. Через отчаяние. Через бессилие и апатию.

Не сдавайся.

Дыши.

Вставай.

Отойди от края.

Живи!

Tess Rayder


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Суббота, 06.07.2019, 14:48 | Сообщение # 103
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Обрывается. К чёрту стихи. Ставлю точку. Больно смотреть, как вянут цветы.

Обрывается. К чёрту стихи. Ставлю точку.
Ветер меняется, город и ты.
Больше не ставлю в конце многоточия,
Не напишу тебе больше стихи.

Я разорвал все тетради на клочья,
Выкинул всё, все, что смог удалил.
Я отменил все, и спать буду ночью,
Не напишу тебе больше строки

Я прекращаю писать тебе песни,
Я прекращаю цитаты из рифм.
Вычеркнул смысл в оставшемся тексте.
Просо расслабился - слушаю ритм…

Я не ищу тебя взглядом в потоках
Встречных людей и летящих машин,
Как манекен под давлением, под током,
Лишь, отражение с холодных витрин.

К черту стихи, все с размаху об стену.
К чёрту стихи нет больше слов.
Я потерял в продолжение веру.
В синих глазах молчание льдов.

Где-то внутри рвется сердце и вены,
Только, на душу не ложат бинты…
Бить головой в безнадёжные стены -
Больно смотреть, как вянут цветы.

Автор: Максим Вишневский


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Суббота, 06.07.2019, 18:32 | Сообщение # 104
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Сидела в кресле Смерть косой играя..

Сидела в кресле Смерть косой играя.
Куря сигару. Пепел на ковер.
Со взглядом хитрым мысль мою читая:
Что вам за дело? Кто-то уберет.
Вам думать надо о прошедшей жизни,
Зачем обиды, зависть и добро,
Которое, ты не успел наделать.
Сейчас жалеешь? Это всё равно.
Мерцает свет от лампочки настольной,
Холодный пол, уже остывший чай,
И бублик высохший лежит на блюде.
Отдать собаке?
Мысль не отогнать.
Всё кончилось, а на душе печально.
Я думал коридор и белый свет.
А тут сидит хитрющая старуха,
Косой играет. Выхода мне нет.
Что брать с собой Туда?
Ну ты же знаешь.
Ключи, одежда, обувь не нужна?

Она сидит и грустно восклицает:
-Ты что ума лишился, дурья голова?

Сядь, не кружи вокруг меня болезный,
Устал наверно, жизнь ведь - суета,
Ты так мечтал уснуть и не проснуться.
Желанье в руку, вот я и пришла.
Холодный пот. Подушка под ногами.
Мороз по коже. Горькая слюна.
Ушла?
Ну неужели вскоре,
Придет опять?
Тогда уж навсегда.

Александр Вараксин


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Воскресенье, 07.07.2019, 03:59 | Сообщение # 105
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Небо нахохлилось, лето заплакало,,,,

Небо нахохлилось, лето заплакало,
тучи уселись на крыши домов.
Ветер, как кошка газоны мнёт лапками,
в парках летит снегопад лепестков.

Май отстрелялся холодными ливнями
и отгремел полуночной грозой.
Тихий июнь собирается с силами
лить по проспектам полуденный зной.

Только рассветы набросили в сумраке
куртки на плечи прохожим опять.
Снова холодно-промозглые сумерки
город бессонный спешат обнимать.

Тихо ползёт безмятежное облако —
скоро расплачется грустный июнь.
Прячется голубь в заброшенном дворике,
где сквозняки свои песни поют.

Небо шумит поседевшими ливнями,
капли с разбега по окнам стучат.
Лето ненастное, лето дождливое
хочет июнь на апрель разменять.

© Натали Зеленоглазая, 2017


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Воскресенье, 07.07.2019, 04:49 | Сообщение # 106
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Душа.

- Ты слышишь,

как она не спит?...

………….

...Ты знаешь –

ей, наверно, больно?...

…………..

К утру,

она, возможно,

отгорит...

И хочется шепнуть –

С неё довольно...

А помнишь ли, она была легка –

Казалось,

вот подует ветер вольный –

И унесётся –

к чёрту на рога...

А нынче – нет.

Теперь, с неё довольно...

Но не жалей её; Не суесловь –

ОНА –

суть, тяготение разлуки;

Сильнее жизни,

больше, чем любовь,

Её, с мольбой, протянутые руки –

В туда –

где вдалеке её сестра –

Другая сущность – ноет и томится...

…………

...Так скачет конь;

Так отблеск от костра,

В его глазу, безумием искрится...

Так скачет конь, где всадник на спине

Оцепенел, ослеп, обвис безвольно...

Что, кажется, безумие вполне

Всем овладело,

что уже - довольно!

- Чего – довольно?...

Что ещё за вздор?! –

Тем и живём – с того и не уснули,

Что, всё ещё, безумия костёр,

Горит!

Нет, нас не обманули –

И всё не зря!

И конь не зря летит;

Незрячий всадник, может быть, прозреет...

………..

- Ну, что – болит?...

... Я знаю, что болит –

Она никак иначе не умеет.

Андрей Стрелков


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Воскресенье, 07.07.2019, 05:15 | Сообщение # 107
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Дорога к свободе усыпана...

Дорога к свободе усыпана вовсе не розами. И не шипы её страшат, но каменья, которые мы кидаем в других, которые кидают в нас. Внимательно читая посты и комментарии всех, кто волей или неволей пришёл на мои страницы, я сделал вывод, что никого ни в чём убедить нельзя (да и не имелось в планах), не всех можно даже к людям-то живым подпускать, столько в них ненависти. И подумал я вот о чём, люди требуют свобод, о как вожделенно они вопят, брызгая слюной, что их лишили свободы в этом "тоталитарном обществе", но они даже приблизительно не понимают, что такое свобода и как с ней обходиться. Государство им не то, правители плохие, министры воры, начальники сволочи, коллеги твари, соседи подонки, родня - вообще средоточие зла. Все им должны, ну просто обязаны. Но. О нет, не так. НО...

Сказать соседу, что он заколебал своей дрелью в выходной день, смелости нет. Объяснить полицейскому, что платить ему дань не собираешься, но готов понести любое заслуженное наказание, смелости нет. Высказать начальству, что задержка зарплаты - это прямое воровство твоих денег, смелости нет. И далее по списку, нет нужды всё перечислять, у каждого свои страхи. Свободы вам? Да что вы с ней станете делать? Перестанете работать? Учить уроки? Помогать родне? Быть человеком?

Легче лёгкого - кричать в серую муть интернета, что всё вокруг гнильё. Именно гнильё так и поступает. Я не учу других жить, Боже упаси, я просто живу, рассказываю истории, сказки, пишу стихи, путешествую (когда деньги есть), забочусь о маме (теперь моя очередь), люблю, дружу, смотрю по сторонам. Я не навязываю другим своё мнение, но и честно недолюбливаю людей, которые начинают общение фразой "я бы на твоём месте". Им не объяснишь, что они на моём месте сошли бы с ума, у них воображариум слабоват, чтобы это понять. Я с интересом читаю конструктивную критику, и с брезгливостью пролистываю оскорбления (более чем природа, мне этих людей не оскорбить), я читаю интересных авторов и делюсь ими с друзьями. Это моя СВОБОДА, другой для меня нет. Как и у каждого, у меня она своя. Что мне проку от Свободы другого человека? Но если я вижу крики о свободе для всех, мне смешно и немного горько, лучше бы они читали, но тут уж, "как бы хуже не было, как бы не было хуже".

А дорога к свободе усеяна разными семенами, вопрос только, что именно ты хочешь взрастить, идя по ней.

Николай Сальников,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Воскресенье, 21.07.2019, 16:35 | Сообщение # 108
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
apple

Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Воскресенье, 28.07.2019, 08:34 | Сообщение # 109
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
А-3689256
Автор: malmakov

«Ибо Ангелам Своим заповедает о тебе –

охранять тебя на всех путях твоих: на

руках понесут тебя, да не преткнешься о

камень ногою твоею…"

Псалом 90 Стих 11.12.

А-3689256 был обеспокоен – подопечная погрузилась в депрессию и, кажется, была готова к крайностям. Девушка Настя сидела на скамейке в парковой аллее, сбросив с ног летние туфли и обхватив руками колени, курила, время от времени пытаясь набрать номер на мобильнике. Абонент не отвечал или был вне зоны доступа.

А-3689256, невидимый и невесомый, расположился прямо над ней на ветке большой акации, откуда ему были видны ее худенькие плечи, аккуратно расчесанные темные волосы, стянутые в короткий хвостик на затылке, голые коленки и рука с зажженной сигаретой. Он знал, что абонент – великовозрастный балбес Мишка Комаров не ответит, потому что девушку Настю бросил, хотя еще неделю назад клялся ей в вечной любви.

Не одобрял А-3689256 все эти новшества – мобильные телефоны, автомобили, несущиеся с огромной скоростью, так что приходилось иногда очень напрягаться, чтобы опекаемую случайно не сбили на переходе. То ли дело кареты с лошадьми – там оберегать подопечных было гораздо проще. Но то время давно ушло, и сейчас нужно было делать все с удвоенной, а то и с утроенной скоростью, но ничего не поделаешь – служба.

И еще А-3689256 знал, что все его усилия учитываются и засчитываются, и когда-нибудь принесут заслуженную награду – перевод в другую категорию по иерархии. Тогда он будет зваться не просто безликим А-3689256, а носить имя и руководить тысячами, а то и десятками тысяч таких же, как он сейчас, безымянных сущностей.

Он знал и другое – если допустить повреждение опекаемого, или не дай Сущий – его гибель, то можно опуститься в иерархии очень низко, откуда подниматься придется не одну сотню лет. Было и такое за долгую его практику, особенно в годы многочисленных войн, которые почему-то очень любили вести человеческие существа.

А-3689256 со своей ветки видел с десяток таких же, как он безымянных, которые лениво кружили в воздухе над деревьями или пересекали парк, следуя за своими подопечными. Еще он видел, как в некотором удалении на противоположной стороне аллеи знакомая, очень симпатичная, но несчастная сущность С-7655442 сидела, пригорюнясь, на ветке развесистого вяза, под которым ее подопечный спал пьяный на скамейке.

Людей в парке немного, и это было хорошо. Он очень не любил столпотворение людей. Хорошо, что его подопечная не ходила на футбол, но неоднократно ему приходилось следовать за ней на концерты каких-то, как люди говорят, поп-звезд, проходящих на стадионе. Ничего глупее А-3689256 не видел, разве что пару тысяч лет назад, когда в Древнем Риме ему приходилось сопровождать своего подопечного на гладиаторские бои.

Масса подопечных на земле таращится на одного человека, кривляющегося на сцене, а в это время такая же масса невидимых сущностей в воздухе от нечего делать выделывают фигуры высшего пилотажа, рискуя столкнуться, болтают, собравшись в группки или по парам, а то и просто спят, повиснув неподвижно. В этих случаях А-3689256 тоже предпочитал спать.

Однако сейчас было не время вдаваться в воспоминания – девушка Настя, кажется, приняла какое-то решение, потому что, бросив недокуренную сигарету, надела туфли и решительно направилась к выходу из парка. А там поблизости была река и мост через нее, и А-3689256 знал, что с этого моста не раз прыгали желающие покончить со своей никчемной жизнью.

Нужно было принимать срочные меры, и он, недолго думая, сунул два пальца в рот и свистнул, привлекая внимание сущности С-7655442. Она подняла голову, и тогда он призывно помахал ей. Тотчас распустились белоснежные крылья за ее спиной, три-четыре взмаха и она опустилась рядом с ним на ветку. Он залюбовался ее прекрасным улыбающимся лицом в ореоле золотистых волос, но тут же встряхнулся – нельзя было терять время.

– Ты звал меня?

– Мне нужна твоя помощь, – он кивнул в сторону удаляющейся девушки Насти.

Она оглянулась на своего подопечного, тот продолжал безмятежно дрыхнуть не скамейке.

– Он будет спать еще пару часов, ты же знаешь. Я отвлеку тебя ненадолго.

– Нужно прямое вмешательство?

– Да, сейчас такой случай – прямая угроза жизни.

– Хорошо, я всегда рада тебе помочь.

– Тогда летим, – сказал он.

Настя вышла из парка и пошагала к мосту. Где-то вдалеке слышались сигналы машин, голоса детей в парке, но на пешеходном мосту, который поднимался над рекой метров на десять, было тихо и пустынно. Слезы душили ее – Мишка не отвечал, да к тому же она вспомнила, как подружка говорила, что пару раз видела его с ненавистной Иркой Вишняковой, и это было обиднее всего.

«Вот и хорошо» – подумала Настя, – «Никто не помешает».

Она оглянулась – вокруг ни души – перелезла через перила и встала на узкий край бетонного перекрытия моста. Взглянула вниз на быстрое течение и у нее закружилась голова – до темной воды оказалось так далеко. Она посмотрела на низкое пасмурное небо, с которого начал накрапывать мелкий дождь.

Настя поежилась, закрыла глаза, надо было решаться на что-то.

– Смотри, тетя стоит, – услышала она вдруг детский голос.

Настя обернулась и увидела двоих детей – мальчика и девочку лет десяти, не больше. Как они подошли, она не слышала. Обычные дети, в джинсах, футболочках и кроссовках. У девочки были длинные золотистые волосы, падающие на плечи и красиво оттеняющие ее бледное лицо, что делало ее похожей на фарфоровую куколку. Мальчик же был смуглый, с черными глазами-маслинками, и коротко постриженными темными волосами. Он взглянул на девочку и сказал:

– Видишь, тетя не боится, – с этими словами он легко вскочил на перила и некоторое время постоял так, чуть покачиваясь на широко расставленных ногах, потом обернулся и посмотрел на девочку.

– И я тоже не боюсь, – сказал он торжествующе.

Девочка скрестила руки на груди и сказала насмешливо:

– Ну-ну, а что ты еще можешь?

– Эй, мальчик, – наконец выдавила Настя, все это время оторопело смотревшая на них, – ну-ка слезь с перил, ты же упадешь.

Он и не подумал слушаться.

– А я еще и вот так могу, – мальчик наклонился и встал в стойку на руках.

Так же, чуть покачиваясь, он стоял на руках, балансируя ногами, и переводил взгляд с Насти на девочку.

Настя медленно, не спуская с него глаз, перелезла через перила обратно. Девочка стояла в той же позе, продолжая насмешливо улыбаться.

– Мальчик, – Настя сделала шаг к нему, – пожалуйста, слезь с перил.

– Нет, – сказал он, – смотрите, что я еще могу.

И он прошел на руках по перилам на несколько метров вперед, потом повернулся и прошелся обратно. Девочка, не меняя ироничного выражения лица, несколько раз хлопнула в ладоши.

– Ладно, – сказала она, – ты доказал, можешь слезать.

И тогда он легко спрыгнул и встал рядом с девочкой.

– Вы из цирка, что-ли? – спросила Настя, сдерживая нервную дрожь. – Где ваши родители?

– Нет, мы не из цирка, – очень серьезно сказала девочка. – Просто гуляем здесь, а живем совсем рядом.

– Сейчас дождь нас намочит, – сказал мальчик, поднимая лицо к небу, а потом перевел взгляд черных глаз-маслинок на Настю. – Нам всем надо быстрее домой. Так же, тетя?

Настя, глядя ему прямо в глаза и испытывая странное чувство, что она откуда-то знает этого мальчика, медленно проговорила:

– Я не тетя… я Настя… а тебя как зовут?

– Меня зовут…, – мальчик запнулся. – Меня зовут…

Он задумался, и словно тень набежала на его лицо, но встряхнулся и взглянул на девочку:

– А какая разница, как нас зовут, правда?

Девочка тоже будто задумалась на секунду, а потом все-таки улыбка осветила ее кукольное лицо:

– Конечно, какая разница!

Настя полезла в карман за сигаретами, но потом остановилась, дождь усиливался, к тому же курить при этих детях ей показалось почему-то неудобным.

– Да, нам всем надо домой, – сказала она.

Настя еще несколько раз оглянулась, уходя. Видела их на мосту, а потом дождь пошел еще сильнее и скрыл две маленькие фигурки за сплошной пеленой. Сначала побежала под дождем, все равно намокла, сняла туфли и пошла не спеша по лужам босиком, подставляя под прохладные капли лицо.

А-3689256, невидимый и неслышимый, парил над подопечной среди капель летнего дождя, проникающих сквозь него и его крылья без малейшей задержки. Он улыбался.

С-7655442 следовала по сложной траектории над своим подопечным, проспавшимся на скамейке в парке и шедшим теперь под дождем по улице в сторону своего дома. Она была печальна, как всегда, но когда вспоминала, что они сделали сегодня вместе с А-3689256, ее лицо тоже освещала улыбка.

smile smile smile smile


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Воскресенье, 25.08.2019, 05:51 | Сообщение # 110
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Афанася (рассказ)

Угощение для Афанаси готово.
Ставлю лакомство на противоположный край стола и терпеливо жду, когда проявится моя своенравная домовая. Долго ждать не приходится. Сначала на табуретке мерцает хмурая тень, через минуту вырисовывается взъерошенный силуэт, а ещё через несколько мгновений Афанася проявляется в моей реальности вся, целиком, в залатанной длинной рубахе и в нарядных красных штанишках. На её ногах красуются потрёпанные, но вычищенные до блеска сандалии. Нечесаные волосы пушистыми прядями обрамляют круглое лицо.

Афанася берёт в руку деревянную ложку и рассматривает угощение. При виде тарелки горячей каши, щедро сдобренной вишнёвым вареньем, её светлые, медового цвета глаза сияют ярче, а на щеках появляются ямочки – верный признак счастья. Недолго думая, она вонзает ложку в кашу, и следующие пару минут я слышу лишь довольные причмокивания и стук посуды. Доев угощение, Афанася соскакивает с табуретки и бежит с посудой к раковине, топая каблучками по старому паркету. В благодарность кричит мне звонкое:
– Спасибо, Алексей!
Кривлюсь от этого её «Алексей», как от целикам съеденного лимона, ведь знаком с Афанасей уже целый год, с тех пор, как переехал на новую квартиру, но домовая по-прежнему, с упрямством десяти ослов, обращается ко мне «Алексей», а иногда и вовсе так строго чеканит мое имя, будто я не друг ей вовсе, а малоприятный знакомый.

Вымыв посуду, а заодно лицо, руки и, я так понимаю, свою домовитую совесть, Афанася приступает к подробному осмотру квартиры. Она бегает из угла в угол, бесцеремонно шарит по всем шкафчикам, иногда даже залезает внутрь них целиком, охает, ворчит и качает взъерошенной головой, отмечая всё мои хозяйские недочёты:
– И мусор-то не вынес, Алексей. Гори от стыда весь мой домовитый род, – бурчит Афанася, обнаружив в углу кухни доверху наполненное мусорное ведро.
На это и другие замечания я лишь киваю и поддакиваю, так как знаю: спорить хоть и с молодой (всего-то шесть веков от роду), но с такой ответственной домовой я не готов ни за какие пряники в мире.

Закончив осмотр квартиры, Афанася достаёт из кармана штанишек носовой платок и завязывает на нём пять узелков. Ровно столько, сколько нашла она недочётов в моём холостяцком хозяйстве. Пять – это, конечно, не предел, но всё же немало, и я всерьёз опасаюсь, как бы мне не получить по лбу той деревянной ложкой, которой Афанася давеча с таким удовольствием уплетала кашу.

Внезапно Афанася замолкает, стуча каблучком об мой «плохо вымытый» пол, и мысли её уносятся, как мне кажется, в более возвышенное русло:
– Жениться тебе нужно, Алексей, – выдаёт она с внезапностью пули, чем сражает меня, конечно же, наповал.
Издав горестный стон, я хватаюсь за голову, не в силах в сотый раз слушать про «хозяйку-невесту с покладистым нравом», про «детей, которых нужно, чтобы побольше бегало в доме» и «про кота с непременно пушистым хвостом». Тем более, про домашние радости мне думать некогда – статья для журнала не дописана, и, если я не предъявлю её начальству к завтрашнему утру, не видать мне ни хвостов пушистых, ни зарплаты в конце месяца.
– Некогда ему, – ворчит в ответ на мои мысли Афанася. – Так и помрешь один, дурачина эдакий мне достался...
Грожу ей кулаком, и Афанася на угрозу реагирует сразу – обижается и моментально исчезает, будто её и не было вовсе.

Раздосадованный таким началом дня, я усаживаюсь за письменный стол и принимаюсь за статью. Работаю как тот самый волк, потому что моя работа в лес не убежит, а так хотелось бы… Чувствую, как в сердце что-то противно скребется. Может, это просто совесть, но кажется всё же, что это кот с пушистым хвостом, о котором и я втайне мечтаю, но никак не решаюсь завести, придумывая сотни отговорок, одна глупее другой.
Проработав до позднего вечера, я засыпаю прямо на столе, согретый чувством исполненного долга и светом настольной лампы.

Во сне я слышу мяуканье. Тонкое, призывное и очень голодное. И вот уже перед глазами у меня бегают пушистые коты. Один из них подбегает совсем близко и вкрадчиво произносит, заглядывая мне в глаза:
– Жениться тебе нужно, Алексей.

От неожиданности я просыпаюсь. Тру сонные глаза и затёкшую щёку, на которой отпечаталась добрая половина моей клавиатуры. Старенький будильник стрелками показывает шесть утра. Через тонкие занавески пробивается ласковое солнце. Потягиваюсь, въезжаю ногами в тапки и плетусь на кухню с намереньем сварить себе кофе такой чёрный и горький, чтобы все ночные коты в испуге разбежались по углам моего, как оказалось, весьма впечатлительного подсознания.

На кухне меня ждёт сюрприз. Возле холодильника, улыбаясь во весь свой счастливый рот, стоит Афанася. И вид у неё, несмотря на улыбку, до странности виноватый, будто это она залезла ко мне в сон без спроса. Носовой платок примирительно повязан на шее, пол блестит, мусора нигде не видать, и это всё, надо сказать, меня изрядно пугает. Приглядевшись, я понимаю, в чём причина смущённости моей домовой. Из-за спины Афанася достаёт крошечного чёрного котёнка, который тут же начинает мяукать – тонко, призывно и очень голодно.

– Не могла я мимо пройти, Алексей, – как можно вкрадчивее говорит Афанася, вперив в меня взгляд блестящих глаз. – У соседа с первой квартиры кошка понесла, а он котят на улицу. Вот мы с братцами и разобрали малышей. Ты смотри, какой он умный, – ласково щебечет Афанася, протягивая мне котёнка. Тот лениво царапает меня когтистой лапкой и щурит подслеповатые ещё глаза. Сразу видно, совсем кроха, и как от такого откажешься? К тому же, у меня появляется надежда, что Афанася теперь выкинет из головы мысли о моей виртуальной женитьбе, переключившись на кота.

Афанася остаётся у меня до вечера. Весь день я только и вижу её мелькающую фигурку в красных штанишках и тощий кошачий силуэт, семенящий за ней по пятам. Звонким командным голосом Афанася без конца даёт указания и мне – то нагреть молоко, «чтобы хвост у кота скорее опушал», то найти тёплой одежды для его новой кровати, а то и вовсе «сидеть тихо как мышь, потому что сон у малютки слишком чуткий». К вечеру я так устаю от свалившихся на меня забот, что падаю в кровать, как в спасительную бездну, из которой выбираться я не собираюсь, по крайней мере, до следующего утра.

Уже проваливаясь в сон, слышу, как Афанася устраивает котёнка на ночь. Мой старый потрескавшийся чемодан, до этого момента пылившийся в углу комнаты, отныне – самая модная кошачья кровать. Приоткрыв глаза, я вижу, как Афанася устраивает в чемодане уютное гнёздышко и для котёнка, и для себя. Гнёздышко пестрит старыми свитерами, напоминающими теперь не одежду, но внушительной толщины перину. Котёнок, укутанный с лап до головы в шерстяной клетчатый шарф, тут же засыпает. Афанася осторожно и почти не дыша укладывается рядом с ним. Сладко зевнув, она желает мне доброй ночи и ласково шепчет:
– Спи, спи, Алешенька, и ни о чем не волнуйся. Я и жену тебе найду, не сомневайся.

Автор: Эким Кедэри

biggrin smile smile


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Четверг, 12.09.2019, 16:46 | Сообщение # 111
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Один хороший человек умер и оказавшись на том свете увидел перед собой ворота, на одних было написано "Ад", а на других "Рай". Охраны не было видно, но он все равно задумался, заслужил ли он райскую жизнь? В это время, мимо него проходили толпы людей и все, как один, не задумываясь шли в Рай. Посмотрел он, посмотрел, тяжело вздохнул и отправился в Ад. Только он прошел ворота, как встретил седенького старичка, тот его окрикнул:

- Стой! Ты куда? Не видишь что ли, здесь Ад!

- Я вижу. - грустно сказал человек - Но в другие ворота идут такие сволочи и подонки, с которыми я не хочу быть в одном месте, даже в Раю. Тем более, целую вечность!

- Хорошо. - сказал старик - Иди, раз такой твой выбор.

Мужик идет и видит, что кругом прекрасные сады и хорошие люди, все счастливы. Он обращается к одному из них:

- Я как-то не так представлял себе Ад, что случилось?

- Все очень просто, здесь Рай. - ответил человек.

- А почему на воротах написано Ад?

- Какая разница? Что бы ни было написано на воротах, каждый попадает именно туда, куда он должен попасть.

- Но ведь хорошие люди тоже видят надпись Рай и тоже идут в Ад!

- Но, ведь ты же не пошел?
Из нета,,, cool


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Четверг, 12.09.2019, 17:09 | Сообщение # 112
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Как жаль, что в этот миг тебя со мною нету,
Как жаль, что мы не можем просто поболтать,
Сказать друг другу: "Где ты, где ты, где ты?",
И о друг друге, может быть, тайком мечтать.

Как жаль, что этот мир устроен
Так, что в нём места нет для нас двоих.
Я жду, надеюсь, я пленён тобою,
Но мой сейчас, увы, печален лик.

Как жаль, что в одиночестве проходит вечер,
В душе вновь грусть и может быть тоска.
И я не знаю, где тебя я встречу,
Ведь в этот миг ты всё же далека.

Ты далеко, грустишь или смеёшься,
В заботах, суете, своих делах.
Меня ты, вспоминая, улыбнёшься
В своих прекрасных, милых, добрых снах.

Ты далеко, в мечтах о своём счастье,
Живёшь, работаешь, ища свою любовь.
А у меня в душе сейчас ненастье,
И я грущу всё больше, вновь и вновь.

Не плачу я, поверь, я не рыдаю,
Один, среди давящей пустоты,
Я думаю и о любви мечтаю,
Как о любви мечтаешь, может, ты.

Скучаю, как и ты, по радости и ласке,
По всем словам, что так тревожат слух.
Скучаю по простой и доброй сказке,
В которой смог бы я, наверно, отдохнуть,

По тишине лесов и шуму водопада,
По запаху травы, по красоте цветов.
Для счастья и любви так мало надо,
И не сказать как много надо слов,

Чтоб описать все чувства и желанье,
Когда с любимой рядом хочешь быть.
Прости моей души больной страданье,
Мне просто очень хочется любить.

© Алексей Воронов


Любовь спасет мир!!!
 
FIKUSДата: Четверг, 12.09.2019, 17:54 | Сообщение # 113
Майор Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 159
Статус: Offline
Анхель и Смерть. Отпуск (рассказ)

– Анхель, я хочу в отпуск! – заявила Смерть, входя в дом доктора без стука и присаживаясь, по своему обыкновению, на краешек стола.

Мозель отодвинул от неё свои записи и истории болезни пациентов, которые давно нуждались в систематизации. Он пытался навести в них хоть какой-то порядок.
– Отпуск – это хорошо.
– Только представь себе: живописный городок на берегу большого озера, песчаные пляжи, вода тёплая и прозрачная, как слеза, – Смерть явно замечталась. – Когда ты последний раз ездил отдыхать?
Анхель задумался. По всему выходило – довольно давно. Так давно, что он уже и не помнил, когда именно выбирался куда-то не по работе. Но и там он умудрялся найти себе дело. Люди болели – и болели везде.
– Да, отдохнуть бы не помешало, но работа не ждёт.
– А если подождёт?
– В каком смысле? Ну ладно, я ещё могу отложить посещение пациентов на два-три дня, тяжелобольных среди них нет, а ты? Твоя работа неотложна.
– Не совсем. Веришь, нет, иногда и я могу выкроить себе день-другой.
– Это как?
– Просто. Тех, кому очень надо: страждущих, мучающихся и злодеев, – можно передвинуть на денёк поближе. А тем, кто, несмотря на тяжёлый недуг, каждому новому дню радуется, можно подарить немного времени, ничего страшного не произойдёт. Тьфу-тьфу-тьфу, – Смерть постучала по столу, – никаких катастроф или эпидемий не предвидится. Анхель, поедем на озеро?

– А я-то тебе зачем? – удивился Мозель.
– Понимаешь, я ведь не человек, хотя кое-что человеческое мне не чуждо, и воспринимать тепло, вкус, цвет, звук в полной мере я могу только рядом с тем, кто меня видит и понимает.
– Так познакомься с кем-нибудь там, на пляже, – усмехнулся доктор.
Смерть хмыкнула:
– Когда люди меня видят, они почему-то сразу перестают наслаждаться происходящим, а мне хотелось бы получить удовольствие от поездки. Едем!
– А почему именно на озеро?
– Привычка, – задумчиво ответила Смерть, сунув руки в карманы балахона. – Жил там один художник – очень интересный человек с весьма своеобразным видением жизни. Но, надо сказать, у него был вкус. Пару лет назад его не стало. Анхель, ты мне друг или нет? Собирайся, тебе отпуск тоже не помешает.

Доктор понял, что теперь все его мысли будут крутиться вокруг предполагаемого отдыха и с работой ничего не выйдет.
– Ладно, – сказал он, – но до озера ещё надо доехать. В два дня не уложимся.
– Ты поезжай, а я как раз решу все срочные дела и присоединюсь к тебе уже на месте. Сейчас расскажу, куда ехать.

Так они и договорились. Собрав нехитрые пожитки, Мозель отправился в путь и на следующий день уже был в условленном месте. Это оказался маленький городок с разбитыми на возвышенностях садами. Песчаный пляж и искрящаяся на солнце вода так и манили в свои ласковые объятия. Сняв комнату у старушки по рекомендации Смерти, Анхель оставил там саквояж с вещами и спустился к воде. Он разулся и долго задумчиво ходил по кромке прибоя. День выдался не слишком жарким, поэтому песок не обжигал ноги, а приятно их согревал. Тяжёлые думы, которые сковывали разум долгое время, отступали. Шелест волн успокаивал и расслаблял.
Нагулявшись, Анхель устроился в тени, и рядом с ним тут же появилась Смерть.

– Как отдыхается? – спросила она.
– Хорошо, спасибо. Действительно, давно стоило выбраться из дома.

Смерть с удовольствием потянулась на песке и сказала:
– Эх вы, люди. Как мало понимаете в жизни! Как много теряете, не замечаете того, что дано вам природой: пение птиц, лёгкий бриз, запах трав и цветов, жар солнца в полдень и ночная прохлада, звон цикад за окном. Горы, озеро – это всё так прекрасно!
– Да, – ответил Анхель.
– Купишь мне мороженое? – внезапно удивила его Смерть. – Вон там, – она махнула рукой в сторону, – находится кафе, в котором подают замечательное мороженое. Очень по нему соскучилась.
– Конечно, – улыбнулся доктор и встал, отряхивая штаны от песка. – Тебе какое?
– С клубничным вареньем.

Вскоре Анхель вернулся, неся два рожка. Один для Смерти, другой себе, с шариком ванильного мороженого. Они сидели рядом, слушая шум прибоя и наслаждаясь покоем. Лакомство в руках Смерти по большей части просто таяло, стекая вниз по костлявым пальцам и капая на песок.
На недоумевающий взгляд друга она ответила:
– Мне так нравится. Мне просто всё это очень-очень нравится.
Перебрасываться даже парой фраз было лениво. Анхель закрыл глаза и полностью отдался ощущениям.
– О! Тонет кто-то, – прозвучал рядом голос Смерти.
– Где? – встрепенулся доктор.
– Да вон там, – она указала пальцем в сторону озера.

Над водой действительно периодически показывалась чья-то голова. Мозель с разбегу бросился в озеро и быстро погрёб туда, где ещё пару секунд назад виднелся человек. Наткнулся он на утопающего скорее случайно, на ощупь. Схватил и потащил к берегу. Добравшись до суши, Анхель увидел, что спас молодую девушку, которая была уже без сознания. Оказав первую помощь, доктор ожидал чего угодно, кроме ругани и проклятий, которыми его осыпала спасённая. Девушка поднялась, выжала подол платья и побрела наверх, в сторону видневшихся на холме домов, крикнув напоследок, что никого не просила её спасать.
– Что это было? – спросил Анхель у Смерти, по-прежнему сидевшей в тени.
– А, – махнула та рукой, – самоубийца. Только ничего у неё не выйдет – я в отпуске.
– Угу. А потом? – спохватился он.
– А потом, наверное, выйдет. Как говорится – каждому своё.
– Но так же нельзя! Надо узнать, что у неё случилось, помочь, поговорить!
– Тебе надо – ты и узнавай.
Доктор возмущённо посмотрел на Смерть, потом на свою мокрую одежду и решил, что одного раза глупой девчонке вполне хватит. В конце концов, нахлебаться воды – тоже то ещё удовольствие.
– Я тоже в отпуске, – буркнул он и отправился переодеваться.

Сменив одежду, Анхель пошёл на прогулку. Любовался открывавшимся взору чудесным видом, обедал и ужинал на летних верандах кафе свежими овощами, фруктами, запечённым на углях нежным мясом и прекрасным вином. Смерть, жмурясь от удовольствия, сидела рядом, то и дело утаскивая по кусочку от разных блюд. После ужина они решили вернуться на пляж, чтобы увидеть закат, и остались, заворожённые блеском огромных звёзд, каких никогда не встретишь в черте большого города. Казалось, они, словно переспелые яблоки, вот-вот сорвутся вниз и растворятся в тёмном бархате вод, шепчущих неразборчиво что-то своё, извечное.

Постепенно они остались на пляже одни. Было уже довольно поздно, и Анхель собирался пойти спать, чтобы встать пораньше. Глупо проспать весь отпуск, тем более, когда его так мало. Попрощавшись со Смертью, он увидел, что в темноте кто-то бредёт по песку в их сторону, глядя себе под ноги. Мозель понял, что эта тонкая фигурка невысокого роста ему знакома. Девушка подошла ближе, поняла, что на пляже не одна, узнала доктора и топнула ногой от досады:
– Снова вы!
– Снова, – ответил он с улыбкой.
– Не вздумайте мне мешать! Вы не понимаете. Я так решила. А раз решила, значит, сделаю!
– Похвальная настойчивость. Только, если вы собираетесь опять топиться, предупреждаю сразу: пока я здесь, у вас ничего не получится.

Смерть расхохоталась.

– Что-то случилось? – участливо спросил у девушки Анхель. – Я могу помочь?
– Вы не поймёте. Меня никто не понимает. Никто! – выкрикнула девушка. – Я бездарность! Ни на что не способна! Поэтому и Якоб меня бросил. Подлец. Ненавижу! И эти жалостливые взгляды вокруг ненавижу! Надоело! Надоело! Оставьте меня в покое! – крикнула она в лицо Анхелю, развернулась и убежала прочь.

– М-да, – выдохнул Мозель.
– Ага, – ответила Смерть.
– Ты случайно не знаешь, кто там живёт? – спросил у неё доктор, указав в сторону домиков на холме, куда побежала девушка.
– С этой возвышенности открывается весьма дивный вид. Почти все домики сдаются внаём живописцам. А тебе зачем?
– Хочу утром всё-таки найти её и попробовать поговорить. Мне кажется, всё не так трагично, как она себе представляет.
– Я уже говорила, что у художников довольно своеобразное отношение к жизни? Эта «бездарность», судя по всему, той же кистью мазана.
Анхель пожелал Смерти доброй ночи и отправился спать.

Утром, позавтракав, доктор отправился на холм. А так как он не знал, куда идти и кого искать, то просто гулял по цветущим улочкам между живописными дворами. Почти у каждого дома был свой сад, и ветви деревьев свешивались через заборы под тяжестью плодов.
Долго искать не пришлось. Возле кустов живой изгороди, покрытой мелкими тёмными ягодками, стояла вчерашняя незнакомка. В светлом домашнем платье она казалась совсем юной. Обе её ладошки были полны свежесорванных ягод.
Анхель покачал головой и подошёл ближе, обратившись к девушке:
– Плоды этого кустарника действительно ядовиты. Особенно для маленьких детей и животных. Боюсь, что взрослому организму такой дозы будет мало, а вот серьёзное несварение я как доктор гарантирую. Придётся промыть вам желудок. Процедура это весьма неприятная, поэтому давайте не будем портить друг другу такое чудесное утро.
Девушка зло глянула в ответ, демонстративно высыпала все ягоды себе под ноги, отряхнула ладошки от налипших листиков и ушла, скрывшись за выкрашенной в голубой цвет невысокой калиткой, через два дома от живой изгороди. Теперь Анхель знал, где она живёт. Почему-то знание это казалось ему очень важным.

Весь день Мозель то гулял, то возвращался на пляж – отдохнуть и искупаться. Ужинать Смерть уговаривала его пойти в «прекрасное тихое местечко, где подают просто потрясающую свежую рыбу». Анхелю было лень спорить, хоть он и предпочитал любой рыбе кусок хорошо прожаренного мяса.
Вроде бы всё было прекрасно, но что-то не давало ему покоя. Они уже собирались покинуть пляж, как вдруг Смерть, резко развернувшись в сторону холма, на котором жила девушка, прошипела: «Опять!»

Доктор, поняв, что беспокойство было не без причин, сначала пошёл, а затем побежал к дому незнакомки. Тревога и напряжение нарастали. Анхель чувствовал, что не успевает, хотя был уверен, что сегодня никто не умрёт.
Найдя нужную калитку, он просто перепрыгнул её на бегу и оказался на дорожке к саду, который с трёх сторон окружал дом. Сделав несколько шагов, Мозель услышал странные звуки в глубине сада и бросился туда.
На этот раз девушка решила повеситься. Но поставленный среди густой травы и подроста табурет не упал полностью, а лишь завалился под углом набок, застряв в спутанных растениях.
Полупридушенное тело отчаянно хотело жить, скользя пальцами босых ног по наклонной поверхности табурета, то приподнимаясь чуть-чуть в поисках опоры, то снова сползая. Руки изо всех сил вцепились в верёвку над петлёй. Такая пытка продолжалась довольно долго.

Подхватив девушку одной рукой, другой доктор принялся ослаблять петлю. Он громко звал на помощь.

Со стороны дома к нему бежала женщина среднего возраста, а за ней мужчина – вероятно, родители незнакомки. Женщина в испуге закричала и бросилась к дочери. Анхель, передав неудавшуюся самоубийцу с рук на руки близким, подумал, что её решимости можно только позавидовать и что, если ничего не предпринять, следующая попытка станет удачной, ведь уже завтра и доктор, и Смерть возвращаются к работе.

Утром, почти на рассвете, он снова пошёл на пляж, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию, и среди немногих отдыхающих в такую рань сразу заметил девушку в светлом платье, сидящую у самой кромки прибоя так, что набегающие волны то легко касались кончиков пальцев её ног, то охватывали их по самые щиколотки, стараясь удержать в объятиях, но неизменно откатываясь назад. На шее девушки был повязан лёгкий кокетливый платочек.

Доктор тяжело вздохнул, подошёл к ней, разулся, сел рядом и заговорил, глядя на воду прямо перед собой. Он честно пытался её переубедить, подобрать правильные, важные слова, но понимал, что все его доводы разбиваются о стену её молчания. Тогда он просто посмотрел на девушку и сказал:
– Я очень не хочу, чтобы ты умирала. Пожалуйста, не надо! Я не смогу больше тебя спасать!
Незнакомка, как оказалось, уже некоторое время с интересом разглядывала Мозеля.
– Как тебя зовут?
– Анхель.
– Я – Эрна, – она села ближе к мужчине, склонив голову ему на плечо. – Ты забавный, Анхель. Приезжай снова следующим летом, я напишу твой портрет.
– Портрет? – доктор заглянул в спокойные глаза девушки. – Я приеду, а ты не… – он замялся на мгновение, подбирая слово.
– Нет. Больше не буду, – она порывисто обняла его и чмокнула в щёку. – Я передумала.
Девушка вскочила с песка и не оглядываясь побежала домой.
Недоумевающий Анхель остался сидеть на песке.

Смерть решила проводить друга из отпуска домой и всю дорогу потешалась над выражением его лица.
– Я понимаю, что можно передумать покупать новое платье. Можно передумать выходить замуж. Но упорно пытаться лишить себя жизни и добиваться этого различными способами, а потом просто передумать – вот этого я никак понять не могу! – бормотал он себе под нос, а Смерть покатывалась со смеху.
– Что же тут непонятного? Она молодая импульсивная женщина. Ещё и художница. Я уже говорила, что у них довольно своеобразное отношение к жизни. Передумала и передумала. Нам же лучше – меньше работы.
Анхель улыбнулся и посмотрел в окно дилижанса.
– Хорошо отдохнули. Как-нибудь повторим?
– Непременно, друг мой, непременно. Только давай постараемся обойтись без приключений.

Автор: Анна Зорина smile


Любовь спасет мир!!!
 
Форум » ВАШИ ЛИЧНЫЕ СТРАНИЧКИ » Вы можете создавать свои личные странички именно здесь » НА ШПИЛЬКЕ,,, (Разные интересные истории,красивые стихи,цитаты ,,,,)
  • Страница 5 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Поиск: